Жительница Махачкалы Гульнара Багаудинова почти восемь лет пытается добиться справедливого расследования гибели сына Вали, который, по версии следствия, напал с оружием на сотрудников ППС и те его застрелили ответным огнем. Гульнара уверена: полицейские задержали Вали по подозрению в экстремизме из-за ношения бороды, до смерти избили, а потом инсценировали нападение.
На прошлой неделе в Национальной научной библиотеке Северной Осетии состоялось большое мероприятие – межконфессиональная конференция «Роль матери-женщины в формировании гражданской идентичности молодежи». Агунда Бекоева, основательница осетинского движения против домашнего насилия «Сестры», побывала там и поделилась с Даптаром своими наблюдениями.
Графический дизайнер Салли из Дагестана – мать троих детей. Но сидеть дома и ждать мужа – скучно, решила она. И потихоньку пришла к своему собственному делу, к сувенирной продукции. Даптар узнал у нее, как она украшает жизнь туристов и местных, и какие тенденции сейчас в местном сувенирном бизнесе преобладают.
Парламентская ассамблея Совета Европы приняла резолюцию о «Необходимости восстановления прав человека и верховенства права на Северном Кавказе». Помимо преследования правозащитников, журналистов и ЛГБТК+ людей, в документе отдельно говорится о значительном ухудшении положения девочек и женщин. Ассамблея призвала РФ «обеспечить уважение их прав, защиту от бытового насилия и любых других форм жестокого обращения». Правозащитники рассказали «Даптару» о масштабе проблемы домашнего насилия в регионе и почему Россия вряд ли исполнит резолюцию.
…С конца февраля все привычные удовольствия мертвы. Я перестала включать любимое радио – меня корежит от радостных голосов ведущих, от рубрики «Пиотровский на удаленке», от всего. Чтение утратило смысл впервые с 1976 года: в тот год я научилась читать. Скролишь новости – горят города, бегут люди, а ребенок потерял на войне дом, родителей и руку… А ты что? Спокойно откладываешь телефон и идешь читать Достоевского? Театры-кино-путешествия-шоппинг? У всего появился металлический привкус крови.
Амина родилась в Чечне, ей сейчас 36 лет. Живет и работает она не на Кавказе. По ее словам, свобода ей досталась благодаря отцу. Амина уверена, что патриархат должен умереть – потому что он мешает мужчинам не меньше, чем женщинам.
Разбудите меня через сто лет и спросите: «Что происходит в Дагестане»? Я отвечу без запинки: там борются за мораль. До кровавых соплей. До конца.
Жительница Австрии Эльза Алиева почти год безуспешно старается вернуть свою дочь, которую бывший супруг насильно удерживает в чеченском селе Бачи-Юрт. Ребенок не ходит в школу и не получает необходимого лечения. Эльза и ее отец Адам Алиев рассказали о попытках забрать девочку из региона, где решение австрийского суда о проживании ребенка с матерью не действует. История, как ни страшно это писать, вполне обыденная…
У нее есть мастерская (с двумя кошками!), в которой она придумывает и делает своих кукол. Но не тех, которыми играют дети, а тех, что коллекционируют взрослые. Она называет их «куклы для любования» и считает, что у них куда больше сходства с картинами, чем с игрушками. О том, что служит источником вдохновения для мастеров кукольного дела и почему важно быть не стесненным никакими рамками, когда делаешь свое дело, – Земфира рассказала Даптару.
Семь лет назад студентка медицинского факультета Соня ушла из отчего дома. Тогда ее звали Сахиба, и ее кавказская семья была против ее отношений с русским парнем. Сейчас в семье Филиных все хорошо: Соня и Сережа растят дочку и помирились с семьей Сони. Но Соня пишет книгу о том, что с ними произошло и фрагменты выкладывает в инстаграме. Назвала она книгу – «Соня против всех». Поскольку считает, что ее история, на первый взгляд такая личная, на самом деле – нередкая. Просто о таком не говорят.
DAPTAR 