Журналистка Анна Зуева и основательница феминистического сообщества «Феминитив» Дарья Яковлева сняли докфильм о работе кризисных центров для женщин. Они побывали в нескольких регионах России, в том числе и в Дагестане. Мы поговорили с ними о ситуации с правами женщин на Кавказе, об активистах и ракетах и о том, чего не хватает сейчас кризисным центрам.
Мальчик – волк, девочка – курочка. Именно такие жизненные установки давались (и, увы, даются) детям на Северном Кавказе. Девочек сызмальства готовили быть кроткими домохозяйками, а мальчиков растили добытчиками, воинами. И если малолетней девочке позволялось многое, то период, когда она выходила из детского возраста, сразу начинался с запретов и правил, которые ограничивали ее свободу. Свидетельством тому – этнографические наблюдения.
В одном из недавних выпусков ютуб-шоу «Ненавижу тебя?» столкнулись многоженец из Владимира Иван Сухов, считающий, что должен «возродить свой род», и одна из героинь нашей рубрики «Кавказские феминистки» – юристка Ляна Джанкулаева, полагающая, что многоженство нерационально. Обычно сторонники полигамии апеллируют к законам патриархата и религиозным догмам, а противники – к здравому смыслу и реалиям XXI века. Что получилось в этот раз – Даптару рассказала сама Ляна.
Громкие убийства женщин бывшими или нынешними мужьями за последние годы вызвали в Северной Осетии публичные дискуссии о необходимости защиты жертв домашнего насилия. Но на общественные дискуссии государственные органы не отреагировали практически. Более того, люди стали терпимее к насилию, сетует в своей колонке основательница местного движения против домашнего насилия «Сестры» Агунда Бекоева.
Совет богословов муфтията России в очередной раз поднял вопрос о принятии фетвы – богословского заключения – о многоженстве в условиях современной России. Даптар пытался разобраться, как легализация многоженства может помочь женщинам в стране, где и законной – официальной – жене трудно отстоять свои права, и можно ли считать случайностью, что на второй месяц войны, когда из многочисленных публикаций в СМИ стало известно, что большая часть отправленных в Украину, а также погибших там – это жители республик Северного Кавказа, совет улемов вдруг снова вспомнил о разрешенных в исламе четырех женах.
Юристка родом из Дагестана Фатима Алигаджиева ведет популярный инстаграм-блог, в котором часто пишет о правах женщин. К ней обращаются женщины в надежде, что она сейчас все решит, разрулит и накажет обидчика. Даптар поговорил с Фатимой о том, с какими проблемами к ней чаще всего приходят, о хейтерах и угрозах, об ответственности за мужчин, которая возлагается на их жен, и о тех страшных историях, которых «на Кавказе быть не может».
Во Владикавказе всего восемь улиц названы в честь женщин и лишь три из восьми напрямую связаны с Северной Осетией. И это несправедливо, решила Агунда Бекоева, основательница сообщества против домашнего насилия «Сестры».
Даптар продолжает серию публикаций о спасателях-мужчинах, которые активно включаются в помощь беглянкам с Кавказа не по долгу службы, а потому что «так надо» или даже «так вышло». Они совершенно разные. Есть люди с авантюрным складом личности, которые ввязываются в любую «движуху», есть последовательные и можно сказать идейные. Герой нового материала – московский режиссер Сергей Владимиров.
Представления о пространственном разграничении женского и мужского миров имеют на кавказской почве корни, уходящие в глубокую древность. Не случайно и в легендах о творении мира места рождения первых людей порой оказываются разделены. По чеченскому варианту подобных легенд, мужчина появился на свет на востоке, а женщина – на западе. Наконец, в обрядах, обычно сохраняющих структурно важные элементы архетипа, мужчины и женщины могли размещаться по разные стороны от центра/линии действа.
Слов, запрещенных на территории России, становится все больше. Нельзя, к примеру, говорить «война». Нужно «спецоперация». «Во время этой специальной операции что-то вырезали из всех нас, – считает корреспондентка Даптара в Дагестане. – Знать бы только, что». В поисках ответа она провела несколько дней в разъездах и беседах. Встречалась с женщинами разного возраста, социального статуса и системы взглядов.
DAPTAR 