Пользователи соцсетей обрушили волну хейта на 15-летнюю жительницу Магаса, которая прошла в суперфинал всероссийского телешоу «Кондитер. Дети». Поводом стало то, что она пожала руку ведущему и была в брюках. Даптар вспомнил подобные случаи травли кавказских девушек и поговорил с экспертами о гендерной дискриминации в регионе.
В мессенджерах распространилось аудио, на котором, предположительно, председатель парламента Чечни Магомед Даудов говорит, что власти будут с помощью полиции и Росгвардии возвращать домой чеченцев и чеченок, которые выезжают в другие регионы и там «позорят традиции». Поводом для этого заявления стали видеозаписи с якобы непристойными танцами чеченских девушек на отдыхе в Дагестане. Правозащитники рассказали Даптару о том, как в республике следят за женской нравственностью.
Гражданка Казахстана Гульнара Алибекова не может найти девятилетнюю дочь Хадижат, которую в Дагестане удерживают родственники бывшего мужа. В возбуждении уголовного дела о похищении ребенка женщине отказали, объяснив это тем, что девочка находится в семье отца якобы добровольно. Гульнара утверждает, что ее экс-партнер запугал дочь и манипулирует ею, чтобы отомстить за развод.
Парламентская ассамблея Совета Европы приняла резолюцию о «Необходимости восстановления прав человека и верховенства права на Северном Кавказе». Помимо преследования правозащитников, журналистов и ЛГБТК+ людей, в документе отдельно говорится о значительном ухудшении положения девочек и женщин. Ассамблея призвала РФ «обеспечить уважение их прав, защиту от бытового насилия и любых других форм жестокого обращения». Правозащитники рассказали «Даптару» о масштабе проблемы домашнего насилия в регионе и почему Россия вряд ли исполнит резолюцию.
Жительница Австрии Эльза Алиева почти год безуспешно старается вернуть свою дочь, которую бывший супруг насильно удерживает в чеченском селе Бачи-Юрт. Ребенок не ходит в школу и не получает необходимого лечения. Эльза и ее отец Адам Алиев рассказали о попытках забрать девочку из региона, где решение австрийского суда о проживании ребенка с матерью не действует. История, как ни страшно это писать, вполне обыденная…
Семь лет назад студентка медицинского факультета Соня ушла из отчего дома. Тогда ее звали Сахиба, и ее кавказская семья была против ее отношений с русским парнем. Сейчас в семье Филиных все хорошо: Соня и Сережа растят дочку и помирились с семьей Сони. Но Соня пишет книгу о том, что с ними произошло и фрагменты выкладывает в инстаграме. Назвала она книгу – «Соня против всех». Поскольку считает, что ее история, на первый взгляд такая личная, на самом деле – нередкая. Просто о таком не говорят.
Группа в поддержку женщин «Марем» завершила работу над первой серией проекта «Символ свободы». Это анимационный док-сериал о женщинах с Северного Кавказа, о том, от чего они бегут и главное – в какой момент им удается почувствовать себя свободными. Авторы проекта рассказали, что случается с «космическом маникюром», когда беглянку возвращают домой, чем плох серый цвет и отчего кавказским девушкам дома не сидится.
Совет богословов муфтията России в очередной раз поднял вопрос о принятии фетвы – богословского заключения – о многоженстве в условиях современной России. Даптар пытался разобраться, как легализация многоженства может помочь женщинам в стране, где и законной – официальной – жене трудно отстоять свои права, и можно ли считать случайностью, что на второй месяц войны, когда из многочисленных публикаций в СМИ стало известно, что большая часть отправленных в Украину, а также погибших там – это жители республик Северного Кавказа, совет улемов вдруг снова вспомнил о разрешенных в исламе четырех женах.
Во Владикавказе всего восемь улиц названы в честь женщин и лишь три из восьми напрямую связаны с Северной Осетией. И это несправедливо, решила Агунда Бекоева, основательница сообщества против домашнего насилия «Сестры».
Слов, запрещенных на территории России, становится все больше. Нельзя, к примеру, говорить «война». Нужно «спецоперация». «Во время этой специальной операции что-то вырезали из всех нас, – считает корреспондентка Даптара в Дагестане. – Знать бы только, что». В поисках ответа она провела несколько дней в разъездах и беседах. Встречалась с женщинами разного возраста, социального статуса и системы взглядов.
DAPTAR 