В медиа последнее время часто попадали истории бежавших от насилия и тирании девушек с Северного Кавказа, которых тирании с помощью полицейских возвращали родственникам. Эти случаи предавались огласке только по одной причине – подчас именно резонанс в СМИ помогает спасти жизни беглянок. При этом в СМИ редко публикуются рассказы успешных эвакуаций: все из-за соображений безопасности. Жертвам насилия важно помнить: надежда есть, успешных побегов – в разы больше, отмечают правозащитники.

В медиа «Коса» вышла подборка историй уроженок Северного Кавказа, пытавшихся сбежать из дома от насилия, преследований за «безнравственное поведение» и несвободы.

В тексте приводятся краткие описания семи кейсов – истории девушек 18-22 лет из Чечни, Ингушетии и Дагестана. Только один из них закончился успешно: 20-летняя дагестанка Элина Ухманова, которую преследовали за ее бисексуальность, с третьего раза смогла убежать и уехать из России.

Остальных шесть историй неутешительные: девушки неоднократно пытались уехать, но их возвращали домой. О судьбе беглянок ничего не известно уже от полугода до шести лет.

У общественности и, что не менее важно, у женщин на Кавказе, которые планировали или сейчас планируют побег, может складываться тяжелое впечатление: одну поймали – вернули, вторую поймали – вернули, комментирует активистка группы помощи женщинам «Марем». По ее словам, важно, чтобы впечатление от грустных историй не перевешивало: «Нужно помнить, что побег можно повторить. Иной раз женщины предпринимают не одну попытку, прежде чем добиваются успеха. Кроме того, есть масса успешных историй, которые не становятся публичными. Это великолепные, легко сработанные кейсы, которые решаются молниеносно. Но правозащитники о них не могут говорить из соображений безопасности сбежавших».

Огласка, чтобы спасти

«Обычно о кейсе становится, когда что-то пошло не так и огласка нужна для того, чтобы спасти человека, – поясняет активистка «Марем». – Перед эвакуацией мы согласовываем с женщиной, что будем бить во все колокола и сообщать в СМИ, если что-то пойдет не так».

«Медийность помогает в безвыходных ситуациях, – подтверждает Давид Истеев из «СК SOS», где помогают ЛГБТК+людям. – Они [беглецы] идут на это, когда другого варианта нет… [Ведь даже] правоохранительные органы [часто стараются не лезть, считая], что это их [родственников] дело».

Так случилось в одном из недавних кейсов, когда четыре молодые жительницы дагестанского села Хаджалмахи пытались выехать из России в Грузию через пункт «Верхний Ларс». Их продержали на границе много часов, ссылаясь на разнообразные искусственно созданные причины, дождались приезда родственников (адвокат, благо, приехала раньше). Девушки планировали совершить суицид, если их все же не выпустят. О происходящем в режиме реального времени писали отдельные СМИ и новостные ресурсы, в том числе популярный телеграм-канал Ксении Собчак «Осторожно, новости» (более полутора миллионов подписчиков). По мнению Истеева, девушек выпустили именно благодаря шумихе и огласке.

«Без вас [журналистов] ничего бы не вышло», – говорят сами девушки в интервью Собчак.

Публичность против позора

«Эти четыре девушки – маленькая часть тех, кто к нам обращается, – рассказывает Истеев. – Их медийность стала вынужденной. Никто из них не хотел говорить об этом».

«Мы не хотели огласки, не хотели быть причиной большого позора», – говорит одна из четверых сбежавших, Аминат Газимагомедова.

Беглецы не могут выносить условия, в которых живут, но продолжают переживать за родных – и не хотят позора, который постигнет родственников, если все узнают об их побеге.

«Мы очень переживали за тех, кто останется, за родителей, – рассказала Патимат Магомедова. – Это были ужасные условия, в которых мы находились, но мы думали: «А что, как они будут жить с этим позором?» Нужно искоренять это мышление о позоре. Мы понимали, что это неправильно, что люди в Дагестане часто думают о том, что скажут люди. Из-за этого очень много замалчивают и скрывают проблемы, с которыми живут всю жизнь. Мы хотели избавить наше село, в первую очередь женщин, от страха быть опозоренными».

В интервью Собчак Истеев рассказал, что американского режиссера Дэвида Франса, приехавшего снимать фильм о преследованиях гомосексуалов («Добро пожаловать в Чечню», 2020) и появившегося в московском шелтере, где укрывались беглецы, попросили уйти: «Люди были напуганы, что их узнают, идентифицируют, что пострадают семьи». Франсу пришлось долго выстраивать доверительные отношения с героями, прежде чем они убедились, что им не угрожает нежелательная огласка, и согласились участвовать в съемках.

Публичность ради справедливости

Другой вариант, когда кейс становится публичным, – если сбежавший или сбежавшая не довольствуются собственно побегом, тем, что они в безопасности, но и пытаются добиться наказания для своих преследователей, пытаются добиться правосудия. Люди подают заявления против тех людей, которые над ними издевались, отмечает активистка «Марем».

Одна из таких девушек – Аминат Лорсанова. В январе 2020 года 22-летняя Лорсанова обратилась в Следственный комитет с просьбой возбудить уголовное дело в отношении человека, который пытался «изгнать из нее джинна», и врачей клиники пограничных состояний в Грозном, где ее «лечили» от бисексуальности, а по сути – пытали.

Заявление Лорсанова писала и давала обширное интервью журналистам федерального СМИ, находясь за границей: она смогла покинуть Россию годом ранее, в 2019 году, с помощью «Российской ЛГБТ-сети».

Всегда есть еще один шанс

Кейс Лорсановой вдохновляет и по другой причине. После первой попытки побега ее вернули домой, так же закончилась вторая и третья попытки. Но на четвертый раза ей наконец удалось сбежать.

«Иногда могут убить… [Что станет с человеком, которого вернут домой] – это во многом зависит от самого человека, – пояснет Истеев в фильме «Осторожно, Собчак». – Человек может решить: я не хочу подставлять свой род, я останусь здесь. И такие истории тоже есть. Если брать по большей части: один раз схватили — не удалось, значит, нужно выждать паузу – критическая ситуация не длится вечно, она все равно спадет – и пробовать снова. Аминат Лорсанова сбежала только с четвертого раза. Можно выждать паузу в два месяца. Тебя будут очень сильно караулить в первый, тебя будут избивать, ты будешь сидеть взаперти, в сарае, возможно. Но у тебя всегда есть шанс на второй побег».

«Это правильно – знать, что может случиться, если девочек найдут, и как опасно им возвращаться в то место, откуда они сбежали. Но мы хотим, чтобы вы помнили – большинство побегов заканчивается хорошо, – написали активистки группы «Марем» у себя в телеграм-канале. – С ноября по май активистки «Марем» получили тридцать запросов на эвакуацию. Двадцать человек (женщины и их дети) успешно уехали в безопасные места. Мы не можем называть их имен, но мы можем сказать, что у них все хорошо. Девушки, которые смогли сбежать, спаслись и нашли в себе силы бороться с системой, заявить о себе и рассказать остальным, что побег – важный шаг к свободе, который нужно делать, несмотря на страх».

Марха Ахмадова