На митинге в память об убитой бывшим мужем Ларисе Арсанукаевой во Франции чеченки впервые массово и открыто заговорили о домашнем насилии, фемициде и давлении традиций. Исследовательница Саида Сиражудинова в колонке для Даптара отмечает, что подобный активизм является шагом к улучшению ситуации с правами женщин.

2025 год стал переломным в плане женской активности и видимости проблемы насилия. Год стал рекордным по числу митингов против насилия и фемицида кавказских женщин. Мероприятия проходили в разных странах мира (в России, в Армении, во Франции и т.д.). Акции – ответ на проблему и невозможность больше замалчивать ситуации, держать свою боль внутри.

Причем впервые в массовом мероприятии против насилия приняли участие чеченки: они осудили домашнее насилие, отсутствие поддержки и помощи женщинам, а также давление адатами даже в эмиграции.

Женщины Кавказа всегда были социально активными. Они собирались на акции, с целью защитить близких. Были организованы и проведены многие митинги и протесты. Например, выступления матерей похищенных во время чеченской войны, пикеты против полицейского произвола в Дагестане, митинги против мобилизации, против репрессий в отношении женщин и др.

Домашнего насилия в прошедший год не стало больше, но оно стало более видимым. Близкие к жертвам люди стали смелее. Не все случаи насилия и фемицида стали поводом для мобилизации. О некоторых преступлениях мы смогли узнать благодаря СМИ и социальным сетям, еще больше преступлений продолжают оставаться невидимыми и сокрытыми. Но проблема была озвучена и признана. И это важный шаг чеченок в борьбе за свои права и жизнь.

Лариса нас вдохновила, это женщина, которая боролась да последнего за своих детей

Митинг в Ницце: невозможно молчать

4 ноября 2025 год 39-летняя чеченка Лариса Арсанукаева была убита (многочисленными ножевыми ранениями в область живота и груди) своим бывшим мужем Баширом Алибиевым в Ницце. Их 17-летняя дочь, которая пыталась защитить мать, была тяжело ранена и госпитализирована.

Спустя несколько дней на центральной площади в Ницце неравнодушными женщинами был организован митинг в память о Ларисе под лозунгами «Остановим домашнее насилие», «Стоп насилие против женщин», «Стоп фемицид!» и др. Лозунги и выступления говорят о возмущении и требовании справедливости, боязни того, что виновные (и Алибиев, и его семья, как подстрекатели) останутся безнаказанными и о ом, что женщины мобилизовались против насилия.

Женщины обсуждали убийство и громко возмущались. Пришел и местный имам. Произошедшая трагедия возложила не него ожидания по стабилизации ситуации с правами женщин. Он выполняет функции обрядовой жизни и традиций, несет большую ответственность, так как выступает за сохранение традиционной власти, являющейся символом обособленности общины, патриархального контроля и гендерного порядка, что в значительной степени вступает в противоречие с принципом светскости – базовым для французского общества.

На митинг подтянулись и мужчины из группы поддержки имама, родственники женщин, а также родственники погибшей. Все это событие происходило фактически перед окнами родных обвиняемого в этом жестоком убийстве. Некоторые мужчины (единицы из присутствующих) даже брали плакаты с требованием остановить фемицид. Видно было, что для них непривычно стоять с женской фотографией и требованием остановить убийства женщин, что стало сигналом и их недовольства и заявлением протеста насилию.

Выступавшие говорили очень эмоционально. Говорили о погибшей, о несправедливости, об отсутствии поддержки, о сложностях для женщин. Первыми высказались имам и представитель мэрии, который выступив с официальной речью, быстро покинул собравшихся, не поняв требования и возмущение людей. Диаспора была предоставлена сама себе, все выступления, кроме вступительных речей, были на русском и чеченском языках.

Реакция и комментарии людей, собравшихся на митинге, позволили увидеть специфику общества. Общества, которое защищает женщину с тяжелой жизнью и трагическим концом.

«Люди собрались здесь, потому что Ларису было за что пожалеть. Она самая настоящая жертва, вписывающаяся в традиционную систему». «Если бы была сильная и успешная женщина, то такой жалости бы не вызвала». «Лариса нас вдохновила, это женщина, которая боролась да последнего за своих детей. Она воспитала такую же поразительно храбрую девочку. Борца». «У меня нет насилия в понимании физического, но не все так безоблачно. Я понимаю женщин и хочу поддержать».

Так комментировали некоторые из участников митинга. Даже мужчины отмечали, что живя в Европе, давно пора меняться и следовать закону той страны, которую сознательно выбрали, а не подменять закон традиционными механизмами медиации и решения конфликтов.

К этой трагедии не остался равнодушным никто. В статистику французского фемицида это случай вошел как патриархальный терроризм со стороны партнера и семьи.

Мы не смогли помочь Ларисе, но мы не хотим больше фемицида и насилия

Последствия активности

Высказавшиеся на митингах женщины, как и все, кто затрагивает вопрос прав женщин на Кавказе, столкнулись с критикой, давлением, травлей, осуждением и угрозами. Многие удалили свои посты и даже аккаунты. Активизация в Ницце сразу же обратила на себя внимание кадыровского режима и девушки-блогерки были вызваны для беседы.

В то же время, митинг дал повод для политических разборок и критики. Чеченский канал «Грозный информ» обвинил диаспору (которую при этом назвал ичкерийцами) и старейшин в трагедии: «их халатность и равнодушие стоили жизни беззащитной женщине, а также подвергли смертельному риску ребенка». И эти обвинения звучат из кадыровской Чечни, где много трагедий остаются без ответа.

Во Франции представители диаспоры и старейшины (несмотря на стремление сохранить влияние традиций и призывы обращаться в полицию лишь в исключительных случаях) с пониманием отнеслись к эмоциональной реакции женщин и смиренно ее приняли.

В то же время женщины объединились: как ответ на проблему были созданы петиции самим, была создана французская инициатива FEM («Женщины и Мир: остановим насилие»), которая готова помогать и поддерживать женщин внутри диаспор. «Мы осознали, что нужно бороться. Мы не смогли помочь Ларисе, но мы не хотим больше фемицида и насилия», – говорится в петиции.

Вероятность трансформаций

После митинга последовало заявление одной чеченской матери, которая более 20 лет ищет похищенную дочь. Эта новая попытка найти дочь была вдохновлена митингом. Женщины поверили в свои силы и солидарность. Борьба мотивирует и придает силы.

При этом женщины видят, что в России продвигается патриархальная повестка. Во Франции, хотя права и свободы человека являются ценностью, есть культурный разрыв и непонимание. Инаковость диаспоры обособляет ее членов. Непонятное стремятся избегать. Женщинам сложно объяснить свои проблемы и ограничения. Поэтому и требуются локальные инициативы и более широкое освещение.

Отдельные активистки и инициативные группы спасли сотни жизней, они профессионально работают над проблемой и формируют информационное поле.

При этом очевидно, что активизм ограничен и опасен. Нужны смелость, отчаяние, а иногда весомую роль играет и безвыходность. Но эти маленькие истории и большие дела становятся кирпичиками к сопротивлению и к будущим трансформациям.

Саида Сиражудинова,
руководительница центра исследования глобальных вопросов современности и региональных проблем «Кавказ. Мир. Развитие»