Читать далее

Боялась тебя так, что стала бесстрашной. Письмо папе

Прошло четыре с лишним года с того времени, как она переступила порог родительского дома с тем, чтоб никогда туда не вернуться. Но невысказанные и не услышанные слова не дают жить и дышать свободно. Они жгут горло, ранят сердце.

Читать далее

Когда женщина находится в особо опасной ситуации: судебная практика в России и кавказская реальность

Домашнее насилие – проблема, с которой в России преимущественно сталкиваются именно женщины, если изучить приговоры по статье «умышленное причинение тяжкого вреда здоровью». Однако на Кавказе такие дела чаще всего даже не доходят до суда.

Читать далее

Без страха за свою жизнь и безопасность. Пятая серия мини-дока «Символ свободы»

О побеге четырех сестер из дагестанского села Хаджалмахи стало известно, когда российские пограничники безо всяких на то оснований задержали девушек на пропускном пункте «Верхний Ларс». Их не опрашивали, ничего не объясняли, просто тянули время, ждали, когда приедут родственники девушек. Вот тогда беглянки, которые хотели только одного – чтобы про них забыли и оставили их в покое, решились на огласку своей истории. О них – пятая серия мини-дока «Символ свободы».

Читать далее

Дискриминация рулит: чеченки и авто

Женщина за рулем в Чечне – явление уже привычное. И хотя многие из них стали уверенными участницами дорожного движения, самое главное препятствие, с которым они сталкиваются, – это отношение мужчин. Корреспондентка поговорила о чеченках-водительницах с жителями республики.

Читать далее

Дагестанки во многом феминистки: монолог Элины

Дагестанка Элина выросла в Москве и считает, что стать феминисткой гораздо легче, если ты живешь в большом городе. Тем не менее, ей кажется, что дагестанки – часто самые настоящие феминистки, просто открещиваются от этого, потому что слово кажется им опасным и разрушительным.

Читать далее

Камень вместо подушки, остриженные косы и тулуп летом: траур у дагестанок

Хотя в большинстве дагестанских сел сами похороны дело мужское и только им можно на территорию кладбища, односельчане бдительно следят за тем, как долго и как строго женщины соблюдают траур. Гораздо внимательнее, чем за мужчинами. Наша корреспондентка поговорила с жительницами нескольких сел и обнаружила, что до сих пор скорбь – работа женская.

Читать далее

Достать любой ценой. Как полиция Армении помогала вернуть жертву домашнего насилия из Ингушетии в семью

Жизнь 21-летней Фатимы Зурабовой из Ингушетии мало чем отличалась от повседневности сотен кавказских девушек. Контроль старших, требование беспрекословного подчинения и запрет на мнение. За любую «провинность», которой может считаться даже попытка не согласиться с директивами старших родственников, могут надолго отобрать телефон. И наказания, которые во многих кавказских семьях до сих пор считаются одной из воспитательных мер. Поднять руку могут не только за «неподобающее» по мнению родных поведение, но и для «профилактики».

Читать далее

«Парфюм не обращает внимания на пол». Единственный осетинский парфюмер — о творчестве, поиске и литературе

Фатима Гаева – единственный парфюмер в Северной Осетии. В течение десяти лет она создает уникальные ароматы, которые ценят не только в республике, но и во всем мире. Фатима создает духи с национальным колоритом: многие созданные ею ароматы имеют осетинские названия, как и дизайн, который дает понять, откуда парфюм родом. Ради своего хобби, которое вскоре стало делом всей жизни, она ушла из профессии, в которой твердо стояла на ногах — по образованию она инженер-электрик. Близкие не сразу поняли, насколько все серьезно.