Генетические травмы, подавленность, домашнее насилие, панические атаки, ПТСР – с этими и другими вопросами обращаются к психологам кавказские женщины. Но у жительниц региона проблемы имеют свою специфику, отмечают эксперты. Даптар узнал у психологов об этих особенностях.

В начале января блогерка из Дагестана Камилла рассказала, что ее избил бывший муж Эмир. Он в ответ стал угрожать ей, оскорблять и, конечно, оправдывать свои действия. В соцсетях Камиллу поддержали – и это дает надежду на то, что в нашем обществе снижается терпимость к домашнему насилию.

46-летний житель чеченского села Бачи-Юрт Руслан Умаев жестоко расправился со своей 22-летней бывшей снохой Кристиной. По его признательным показаниям, он задушил девушку, пока та спала, а затем сжег ее тело, мол, она вела аморальный образ жизни. Он контролировал девушку даже после того, как она развелась с его сыном. Как завязался роман между девушкой из подмосковной Лобны и чеченским парнем, почему в телефоне свекра Кристина записана как «Линда импортная» и не является ли убийство попыткой скрыть другое преступление? Корреспондентка Даптара поговорила с матерью погибшей Анастасией Коковой.

Небольшой магазин во Владикавказе попал в СМИ из-за инициативы не продавать прокладки мужчинам-осетинам, мол, традиции и патриотизм не велят. Дискуссии вокруг локальной инициативы не утихают которую неделю. Корреспондентка Даптара с местными жителями о том, как они восприняли новость и почему «женская тема» в республике до сих пор считается стыдной.

Каждую чеченскую девочку учат быть хозяйкой. Чтоб умела готовить, чтобы держала в чистоте дом. Но о каком именно Доме идет речь? Где тот самый очаг, чьей хранительницей призывают быть женщину и есть ли он вообще? Как быть, если ты живешь там, где муж может выгнать тебя, а брат может не принять? Корреспондентка Даптара попыталась в этом разобраться.

Ева родилась и выросла в Чечне. Долгие годы она старалась стать своей, стать, как все. Жить тихо, не высовываться, соблюдать правила, в том числе и неписаные. Это было нелегко, но она старалась, ломая свою «инаковость» и скрывая ее. А потом ей пришлось уехать. Точнее, бежать. Даптар рассказывает ее историю.

«Возвращение в УК РФ статей о преступлениях, составляющих пережитки местных обычаев» – так называется обращение, которое предполагается направить в Госдуму РФ. В этой петиции собраны ключевые проблемы кавказских женщин. Даптар внимательно ее изучил.

Родные Ислама Шахмурзиева похитили его и направили в реабилитационный центр из-за того, что он полюбил и заключил исламский брак «не с той девушкой» – так утверждает его жена Алена Воропай. По словам родных Ислама, ситуация выглядит иначе. Обычно мы пишем о нарушениях прав кавказских женщин, но эта история показывает, что проблемы, причем, серьезные могут быть и у кавказских мужчин. Даптар рассказывает сложную историю русской девушки и чеченца.

На Северном Кавказе осужденных за преступления над детьми родственники пытаются оправдать, а виноватой делают жертву насилия. Правозащитница Марьям Алиева из Дагестана практически единственная, кто не только публично рассказывает о подобных преступлениях, но и помогает тем, кто пережил их. Она рассказала Даптару о своем новом проекте.