Рукият Багамаева полгода назад открыла детский образовательный центр. Деньги – инструмент, который дает свободу, считает она. А еще Рукият уверена: можно монетизировать любой талант.
Рукият Багамаева полгода назад открыла детский образовательный центр. Деньги – инструмент, который дает свободу, считает она. А еще Рукият уверена: можно монетизировать любой талант.
Общественница из Дагестана Марина Сеферова стала первым лауреатом Премии имени доктора Айшат Магомедовой, основательницы и бессменного руководителя «Благотворительной больницы для женщин». «Даптар» рассказывает историю победительницы.
Никто ни от чего не застрахован. К сожалению, эту простую истину многие отказываются принять до тех пор, пока сами не попадут в аварию, не родят ребенка с инвалидностью, не получат страшный диагноз. Тогда жизнь меняется, а вопросы, до которых не было дела раньше, вдруг становятся очень важными.
Дагестанка Асия Сулейманова сменила несколько кардинально разных профессий, пока не пришла к работе-мечте.
История о том, как ювелирный дизайнер Наида Аббас из Дагестана, уже 16 лет живущая в ОАЭ, творит, преподает и даже делает украшения для королевской семьи
Она где-то совсем безбашенная, где-то очень консервативная. Она стрижётся налысо и поёт аварские песни. Бесстрашно ругается в интернете и боится расстроить маму. Девушка со сложным именем Хиринду-Сафи — живое воплощение современного Дагестана со всеми его противоречиями.
«Я видела страшнейшие вещи и очень мало помощи от единоверцев». Основательница и директор шелтера для мусульманок в США Асма Ханиф — «Даптару»
Фатима Кусова из Беслана окончила вуз в Санкт-Петербурге, работала в коммерческом банке. Но, к удивлению родственников и друзей, все бросила и вернулась домой. В Северной Осетии она занялась земледелием. Фатима открыла свою ферму и продает экзотические для Кавказа овощи через соцсети.
Ирина Тибилова в 19 лет в аварии получила травму позвоночника и пять лет провела в заточении в квартире. Все это время добивалась пристройки пандуса к ее дому. Семья помогла Ирине справиться со всеми трудностями.
Как в Дагестане местная жительница работает над проектом о репрессированных — «Последний адрес»