В Чечне уже несколько дней не выходит на связь 33-летняя Белкиса Минцаева – мать двоих дочерей, которая приехала в республику после угроз и уговоров родственников. Правозащитники говорят, что женщину удерживают в отделе полиции без связи с внешним миром, а адвокаты боятся браться за ее дело.
Белкиса живет в Новосибирске, у нее две дочери. Два года назад, по ее словам, бывший муж забрал обеих дочерей, когда девочки приехали на каникулы к бабушке в Чечню. Женщина через суд добивалась, чтобы дети жили с ней. Старшая дочь, которой тогда было 12 лет, заявила в суде, что хочет жить с матерью. Суд учел ее позицию, и девочка вернулась к матери. Младшая дочь осталась с отцом в Чечне: на тот момент ей не было девяти лет, и ее мнение формально не учитывалось. Спор о месте жительства младшей дочери, по словам Белкисы, до сих пор продолжается в суде Новосибирска.
6 апреля Белкиса приехала в республику навестить младшую дочь. Во время встречи девочка сказала, что скучает по матери и старшей сестре и хочет вернуться с ними в Новосибирск. Белкиса забрала ее, и вместе они улетели домой. После этого бывший муж обратился в полицию с заявлением о похищении ребенка.
Белкисе начали звонить с разных номеров с угрозами и требованием вернуть детей. Давление оказывали и на ее мать, и на других родственников: от них требовали убедить ее вернуться в Чечню. Знакомого, который сопровождал ее во время встречи с дочерью, по словам женщины, задержали. Белкиса записала видеообращение к главе следственного комитета РФ Александру Бастрыкину, попросив вмешаться в ситуацию.
Видео записали и ее дочери –14-летняя Сабина и 10-летняя Диана. На видео обе девочки со слезами не разлучать их с матерью и позволить им жить вместе.
О том, что произошло после публикации видеообращений, Даптару рассказала правозащитница и соосновательница проекта «Кавказ без матери» Лидия Михальченко. Угрозы со стороны бывшего мужа и его родственников только усилились, рассказала она: «Отец девочки и другие родственники угрожали не только Белкисе, давили и на младшую дочь: мол, сначала приедь в Чечню и скажи это отцу в глаза».
Одним из главных способов давления, по мнению Михальченко, стал брат Белкисы: его задержали и удерживали в районном отделе полиции, угрожая отправкой на войну. После этого к уговорам подключилась и мать Белкисы – опасаясь за сына, она стала настаивать, чтобы дочь вернулась в Чечню.
Под давлением Белкиса согласилась вернуться в республику и вскоре перестала отвечать на звонки. Где сейчас находятся дети – с отцом или у бабушки по материнской линии, – неизвестно. Мать и сестра Белкисы на звонки не отвечают.
Силовики уклоняются от ответов, а у тех, кто пытался помочь женщине, собирают личные данные
Когда Белкиса перестала выходить на связь, тревогу забили ее подруги и правозащитницы. Михальченко рассказывает, что они почти сразу начали выяснять, где находится женщина и что с ней происходит: «Сначала в полиции вообще отрицали, что Белкиса у них. Юристы звонили, пытались узнать хоть что-то, просили знакомых проверить информацию, но им отвечали, что ее там нет. Только позже удалось подтвердить, что она находится в районном отделе МВД по Надтеречному району, село Знаменское».
Добиться внятной информации о статусе Белкисы до сих пор не удалось. При попытках выяснить, где она находится и на каких основаниях ее удерживают, силовики уклоняются от ответов, а у тех, кто пытался помочь женщине, собирают личные данные.
«Даже юристка, когда просто позвонила на горячую линию и попыталась узнать, где Белкиса, столкнулась с давлением: у нее начали подробно выяснять, кто она такая, записывать данные, обещали ответить письменно, но в итоге ничего не сообщили», – рассказывает Михальченко.
Для Чечни такие случаи, добавляет она, не редкость: «Мы не первый раз сталкиваемся с тем, что женщин там закрывают в отделах полиции, пока они не скажут, где дети, или не согласятся отдать ребенка отцу. Уже прошло больше двух суток – что там по закону, 48 часов? Ее должны просто отпустить. Они взяли молодую женщину, мать двоих детей, и держат без каких-либо оснований. И с защитой там сейчас почти невозможно: адвокатов не то чтобы не пускают – их запугивают еще на подлете. Мы разговаривали с разными юристами, но никто не берется, никто не хочет».
Женщина может оказаться перед жесткими условиями: например, отказаться от публичности или остаться в Чечне
Юрист, специализирующийся на семейных спорах, на условиях анонимности пояснил Даптару, что подобные конфликты между родителями обычно решаются в гражданском порядке – через суд и органы опеки, а не через уголовное преследование одного из них.
«Если мать не лишена родительских прав, сам по себе вывоз ребенка к себе, как правило, не подпадает под классическое понятие похищения. В подобных случаях речь обычно идет не об уголовном преступлении, а о семейном споре и возможной административной ответственности за нарушение порядка общения или решения суда, если оно было», – указывает собеседник.
Даже если у силовиков возникли вопросы к Белкисе, они обязаны были оформить ее процессуальный статус и обеспечить доступ к защите, указывает он: «То, что человека держат в отделе без связи с внешним миром, без адвоката и без понятных оснований дольше двух суток, выглядит как грубое нарушение процессуальных прав».
Михальченко опасается, что давление на Белкису может продолжиться, в том числе, чтобы заставить ее отказаться от борьбы за детей. В то же время, считает правозащитница, общественный резонанс может вынудить чеченские власти хотя бы формально пойти ей навстречу. Но и в этом случае есть опасение, что женщина может оказаться перед жесткими условиями: например, отказаться от публичности или остаться в Чечне.
На момент публикации материала связаться с родственниками Белкисы не получилось: они не отвечали на звонки. Редакции также не удалось получить комментарий МВД по Чечне.
Наиля Келдеева
DAPTAR 