Свадьбу в Чечне, где первая жена станцевала перед гостями, соцсети превратили в символ женской силы и достоинства. Первую жену поддерживали, вторую подвергли осуждению. Обе оказались под пристальным вниманием, тогда как мужчина, принявший решение, изменившее их жизни, практически остался вне критики. Когда многоженство называют нормой и признаком «настоящего мужчины», ответственность за последствия почему-то ложится на женщин.

Мужчина дистанцировался

Танец первой жены в Чечне стал заметным вирусным событием года в соцсетях. 28-летняя Лимда Ибрагимова из Грозного пришла на пышное торжество своего мужа и его второй жены – кадры с ней разлетелись по пабликам, а мемных постов по мотивам свадьбы не счесть.

На видео Лимда гордо танцует с улыбкой, а потом уже со смехом пересчитывает пятитысячные купюры, которыми ее осыпали. После этого аккаунт первой жены бойца смешанных единоборств Имрана Жулагова в инстаграме (принадлежит Meta, которая признана в России экстремистской и запрещена) стремительно набрал миллион подписчиков.

Через пару дней после свадьбы Лимда написала, что не была готова к внезапной популярности, и что «один танец, прожитый на пределе эмоций, станет достоянием всего мира»: «Многие ждут от меня подробностей. Но я не буду делать свою боль частью общественного обсуждения. Речь идет о человеке, с которым мы прошли долгий путь, и который останется отцом моих детей. И ради них прошу: не проклинайте его. Я стою на пороге новой главы и не знаю, куда она меня приведет. Но я точно знаю, что вырасту из этого опыта, не ожесточившись». <…>

Данный пост быстро собрал более 22 тысяч комментариев. Лимду поддерживали, вторую жену осуждали, а про мужа было практически ничего.

«Он вас предал, прикрываясь религией. Чтобы брать вторую жену, нужна серьезная причина: бесплодие [первой] жены, война, после которой женщина осталась без отца и так далее. А вы родили, и вместо поддержки он сбежал в объятия другой. Такой поступок не назовешь мужским», – вот один из редких примеров.

Лимда же, кажется, нашла в этой ситуации плюсы. Она активно развивает блог, в том числе за счет рекламы. А деньги, которые ей подарили во время того танца, планирует инвестировать в недвижимость.

Совсем не так радужно складывается судьба второй жены. Недавно заключенный второй брак продлился меньше месяца. Сообщается, что инициатором расставания стал сам муж.

Семейный психолог Татьяна Карчева, анализируя ситуацию, отмечает, что Жулагов фактически дистанцировался от последствий собственного выбора. В итоге обе женщины оказались под ударом: одна вынуждена публично оправдывать мужа и просить не винить его ради детей, другая сталкивается с потоком критики и злобы.

Сколько мы знаем тех, у которого есть вторая жена? И у которого ни первая жена, ни родители, не знают об этом?

«Можешь не выходить за моего мужа?»

Амина из Грозного вышла замуж второй женой потому, что «так сложились обстоятельства». Девушка испытывала постоянное чувство вины, так как ей пришлось вмешаться в чужую семью. Однажды ей пришло сообщение от первой жены: «Ты знаешь, я жду четвертого ребенка, ты можешь не выходить за моего мужа?». Амина чуть не упала в обморок – так сильно жалко ей было соперницу. А, придя в себя, ответила: «Ты же понимаешь, что это не моя прихоть, но, поверь, ничего плохого я тебе не желаю».

После взаимных упреков и претензий отношения с первой женой постепенно наладились. Сейчас Амина уверена: Аллах дал мужчине право иметь четырех жен, и никто не имеет права это осуждать или запрещать.

Писательница, автор «Чеченских дневников», финалистка премии Сахарова «За журналистику как поступок» Полина Жеребцова вспоминает, что расцвет полигамных браков начался после первой чеченской войны (1994–1996 годы), когда погибло много мужчин. Тогда и начались разговоры о том, что следует жить по шариату, где иметь нескольких жен – норма.

Сейчас Чечня – регион, где полигамные браки поощряются на самом высоком уровне. Глава республики Рамзан Кадыров заявлял: две жены говорит о том, что «в доме есть настоящий мужчина, три – это хорошо, а четыре – счастье». У него самого, по информации журналистов-расследователей, несколько жен.

Прислуга и инкубатор

Российский закон запрещает многоженство – это прописано в Семейном кодексе в статье 14. Но запрет распространяется только на официальную регистрацию браков – мужчина может заключить никях (брачный договор) с несколькими женщинами, хотя такие союзы юридической силы иметь не будут.

При этом политические и религиозные деятели на разных уровнях продолжают продвигать полигамные браки. В конце 2024 года Совет улемов Духовного управления мусульман РФ принял фетву (богословское заключение), которая разрешает мусульманам заключать до четырех религиозных браков. В частности, это допускается, если супруга не может или не хочет рожать детей. Вскоре фетву отозвали по требованию Генпрокуратуры.

Депутат Госдумы от Дагестана Бийсултан Хамзаев в октябре этого года подтвердил, что кавказские регионы лидируют «по вопросу вторых жен». У Хамзаева возникают вопросы лишь к тому, что такие браки часто совершаются тайно.

«Сколько мы знаем тех, у которого есть вторая жена? И у которого ни первая жена, ни родители, не знают об этом? Их немало. Если ты заводишь вторую жену, делай это, не обманывая свою семью», – возмутился депутат.

Им приходится оправдывать чужие решения и сохранять лицо там, где ответственность должна лежать на мужчине

Как говорит Мадина из Грозного, очень часто первая жена узнает о второй от соседей или родственников. Вторая жена, по сути, находится в статусе любовницы, которая нужна мужчине только для удовольствия, считает Мадина. В этом случае ущемляются права обеих женщин.

Мадина привела в пример историю своей разведенной приятельницы, которая уговорила парня взять ее второй женой. Когда его семья об этом узнала, то у первой жены случилась истерика, посыпались угрозы. Но знакомую Мадины ситуация устраивала – она жила в отдельной квартире, муж давал деньги. В итоге получилось, что вторая жена – красивая и ухоженная живет в свое удовольствие, а на первой держится семейный быт и воспитание детей.

«Первую жену на самом деле очень жаль, так как она просто инкубатор и прислуга для его родителей», – заключила Мадина.

По мнению психолога Татьяны Карчевой, история Лимды и стремительный распад второго брака ее мужа наглядно показывают, что за внешней «нормализацией» полигамии скрывается хаотичная реальность, в которую чаще всего оказываются втянуты женщины. Им приходится оправдывать чужие решения, скрывать собственную боль, защищать семью от сплетен и сохранять лицо там, где ответственность должна лежать на мужчине. В итоге, заключает экспертка, каждая из женщин остается один на один с эмоциональными, социальными и нередко финансовыми последствиями.

Лидия Тимофеева