Вот уже седьмой год в Чечне работает комиссия по гармонизации семейных отношений. Недавно на официальных ресурсах появилось сообщение, что «воссоединили 2547 семейных пар с 2017 года». Но за цифрами не видно людей и судеб. Даптар побеседовал с несколькими жительницами Чечни, чтобы узнать, отчего распадаются браки в республике, хотят ли супруги примиряться и кто от этого выигрывает.
«Разве все это случилось бы со мной, если бы я не родилась женщиной?» – спрашивает Мадина из Ингушетии. Она немного неправа. Вся ее история, что ей пришлось пережить, произошла не потому, что она женщина, а потому что она «неправильная женщина». Не согласная с той ролью и судьбой, что была ей уготовлена. Взбунтовавшаяся. Рискнувшая. Даптар записал ее монолог.
История жительницы Ингушетии Марины Яндиевой, которая бежала от домашнего насилия в октябре 2023 года, осталась бы не публичной, как и большинство таких историй, если бы ее родственники не взяли в заложники юриста Магомеда Аламова, который подвозил ее часть пути и не поставили ему ультиматум: или Марина возвращается, или Магомед и вся его семья будут убиты. Девушка рассказала Даптару о том, как она жила в заточении и что ей пришлось пережить.
За день до начала мусульманского поста дагестанские паблики запестрели обращениями к чиновникам и руководителям разных госорганов и частных предприятий. Придумайте, мол, что-нибудь: в период поста на женщинах большая нагрузка – им готовить нужно, отпускайте их с работы на час раньше хотя бы. А что мужчины?
Случаи домашнего насилия на Северном Кавказе не редкость, а систематическая проблема. Специфика заключается в том, что девушки могут становиться жертвами не только мужа-тирана, но и постоянно подвергаться насилию со стороны родственников. До недавнего времени получить статус беженца в странах Европейского союза именно по причине гендерного насилия женщинам было очень сложно. В этом году появился еще один путь к спасению.
Каких жен ищут кавказцы по интернету и каких мужей рядом с собой хотели бы видеть одинокие мусульманки.
«С того дня как ты умер, прошло 15 лет. У тебя есть внуки – их четверо. Твое имя мы никому из своих мальчиков не дали, тут мама была тверда». На Даптаре – новое письмо от дочери к папе.
Эта история не столько о побоях и запретах, хотя и их хватало, сколько о требованиях, что предъявляются подрастающей дочери, о стирании ее подлинной личности и «наращивании функционала». На Даптаре – «Тарелка», седьмая серия мини-дока «Символ свободы».
Полгода назад в Петербурге полицейские приехали в квартиру, где жила Седа Сулейманова из Чечни. Ее задержали по подозрению в краже, передали кадыровским полицейским и вернули в республику – хотя Седа говорила, что дома ей грозит убийство по мотивам «чести». Спустя полгода активисты и активистки в пяти странах вышли на улицы с пикетами в поддержку Седы. Чего они добиваются, откуда знают о пропавшей чеченской девушке и можно ли ей реально помочь?
Женское счастье в Чечне – вещь эфемерная, но у него есть обязательный элемент – замужество. Если часики протикали, а ты так и не вышла замуж, готовься к тому, что соседи будут коситься на тебя, а родные – тяготиться твоим присутствием.
DAPTAR 