В мире, где живет кавказская женщина, как известно, всем на свете что-то должны. Особенно на себе это чувствуют беременные. Ребенок должен родиться мальчиком, а мать – быть безоговорочно ослепительно счастливой. Насколько это возможно и как живет женщина, ждущая ребенка – в монологе корреспондентки Даптара.
Родные Ислама Шахмурзиева похитили его и направили в реабилитационный центр из-за того, что он полюбил и заключил исламский брак «не с той девушкой» – так утверждает его жена Алена Воропай. По словам родных Ислама, ситуация выглядит иначе. Обычно мы пишем о нарушениях прав кавказских женщин, но эта история показывает, что проблемы, причем, серьезные могут быть и у кавказских мужчин. Даптар рассказывает сложную историю русской девушки и чеченца.
На Северном Кавказе осужденных за преступления над детьми родственники пытаются оправдать, а виноватой делают жертву насилия. Правозащитница Марьям Алиева из Дагестана практически единственная, кто не только публично рассказывает о подобных преступлениях, но и помогает тем, кто пережил их. Она рассказала Даптару о своем новом проекте.
В рамках рубрики «Отцы и дочки» повзрослевшие дочери пишут письма папам. Живым или рано ушедшим из жизни, любящим или фактически не присутствовавшим в жизни дочки. Написать анонимно не для того, чтобы укорить или продемонстрировать свою любовь, а чтобы осмыслить и проговорить те слова, которые никогда не были произнесены вот так – откровенно, прямо, честно. Выросшие дочки – что они думают о том, какую роль сыграл отец в становлении их характера? Где спас? Где сломал? Кем был для них? На Даптаре – новое письмо.
Даптар собрал несколько историй дагестанских матерей, которые рожали-рожали, но так и не поняли, как, кого и сколько нужно рожать на Кавказе, чтобы заслужить одобрение семьи, родни и соседей.
Сестры Фатима и Таита Матиевы – не совсем обычные ингушские музыкантки. Они родились и выросли в Грозном, Таита – кандидат физико-математических наук, а Фатима – специалист в экономике и лингвистике. Вместо народных песен или народной попсы, как часто сейчас называют чечено-ингушскую эстрадную музыку, нашли себя в джазе, соуле, в самых душевных жанрах зарубежной музыки. Девушки поют на английском, сами пишут музыку и сочиняют тексты песен.
Мы привыкли, что яркие протестные, даже явно бунтарские монологи произносят обычно молодые. Слушаем, читаем, порой и восхищаемся, но внутренне поеживаемся – типа, ох, девочка, не так-то все и просто, не так-то и легко, и свобода, о которой ты сейчас так красиво говоришь, иногда оборачивается отчаяньем, одиночеством, страхом, отверженностью. Но наша новая героиня – взрослая женщина. То, что она рассказывает – не оторванные от жизни рассуждения, не утопические мечты, а реальная история конкретной человеческой жизни.
Мальчиков и девочек в Чечне воспитывают по-разному. Все потому, что даже внутри семьи у сыновей и дочерей разная ценность. Рождение сына всегда встречалось у чеченцев с большой радостью, отмечают этнографы. При этом в исламе прямо порицается подобное. Журналистка Даптара обсудила ситуацию с несколькими жительницами республики.
О том, легко ли адаптироваться во Франции, если для тебя важна твоя кавказская идентичность, о «дагестанских мозгах» и мальчиках с сережкой, а также о фразе «у нас так не принято» Даптару рассказала наша коллега, в недавнем прошлом дагестанская журналистка Аида Мирмаксумова.
Фатиме сейчас 19 лет. Она чеченка. И как многие ее ровесницы задается вопросами: почему все устроено именно так, почему так тяжело приходится чеченской девушке, что значит свобода и возможно ли изменить свою судьбу, если за тебя ее выбрали родные? Она живет двойной жизнью и планирует бежать из дома.
DAPTAR 