В Чечне все больше женщин садятся за руль. Дело отнюдь не в эмансипации – зачастую мужьям лень развозить детей по садикам-школам и жену по делам. Корреспондентка Даптара рассказывает, как она училась вождению, а также делится опытом подруг.
Однажды муж решил научил меня водить. Но прежде решил объяснить, что такое механика. Я слушала, но, честно говоря, мало что поняла. Потому что я у мамы совсем не инженер. «Как ты получила золотую медаль? За что пятерка по физике?» – удивленно восклицал Мага-троечник. Да потому что все непонятное можно вызубрить, а решать задачи по формулам – это уже математика.
Поэтому я вызубрила, что чем выше подъем – тем ниже передача. Но вопрос «почему?» мучил меня очень долго. «Представь, что ты едешь в гору на велосипеде. Нужно ли тебе, чтобы заднее его колесо совершало несколько оборотов в момент, когда переднее выполняет всего один?» – осторожно объяснял мне муж, словно боясь перегреть мой мозг сложной информацией и вообще вывести атрофированные на его взгляд, извилины из строя. «Ая, просто оставь это, – заявил он после очередной попытки. – Я не утверждаю, что ты глупая (на самом деле думаю так, утверждал его взгляд. – Авт.), просто у тебя другой склад ума».
Я довольно часто включаю дурочку, но очень не люблю, когда меня таковой считают. Вот это снисходительное отношение к моим интеллектуальным способностям меня так сильно задело, что я достала учебник по физике за восьмой класс, перечитала все, что там есть о двигателях и цилиндрах, пересказала мужу, чтобы реабилитироваться в его глазах – и забыла.
«Хорошо бы тебе получить права, а потом как-нибудь купили бы тебе машину», – обнадеживающе произнес мой спутник жизни на четвертом ее совместном году. Передвигаться на такси мне не разрешалось, ибо «нечего оставаться один на один с чужим мужчиной», ездить в грозненских маршрутках – так себе удовольствие, а ждать, пока освободится муж, чтобы отвезти тебя по делам – прямой путь к статусу самого непунктуального человека в Грозном.
Если бы можно было открывать курсы по убийству самооценки, Мага был бы сэнсэем…
Можно было, конечно, попробовать получить водительское удостоверение, обойдя сдачу экзаменов, но мне было бы как-то спокойнее сделать все по-честному. Вдруг случится авария по моей вине, и моя совесть будет хотя бы наполовину чиста. Поэтому я записалась в автошколу. Теорию я выучила за неделю. А вот с вождением все было не так просто. Хотя это не помешало мне сдать площадку с первой попытки. Змейка и задняя парковка у меня получились сразу, а вот с параллельной что-то не удалось. Но инспектор – видимо, сделав скидку на половую принадлежность – все-таки меня пропустил. Город тоже был сдан с первой попытки – я просто вызубрила маршрут до такой степени, что мысленно отмечала участки, где буду переключать скорость.
Если бы реальное вождение, как трудоустройство, начиналось с формулировки «Забудьте все, чему вас учили в автошколе», то мне как водителю не было бы равных. Потому что за год, в который мое авто так и осталось в списке запланированных покупок, я забыла все. Муж, решивший обновить мои водительские навыки, пожалел об этом после первой же попытки обогнать машину.
В свое оправдание скажу, что в автошколе обгону по встречке нас не учили. Через мгновение после того, как решила объехать медленно едущий грузовик, в салоне было так шумно, что не слышно было даже сигналов из машины, с которой мы мчались навстречу друг другу. Но, слава богу, она пронеслась мимо.
«Тебе надо просто немножко выехать за середину дороги, а ты взяла и зашла на его полосу как к себе домой! – кричал мне муж. – Да тебя близко к машине подпускать нельзя!».
Первый гаишник, который встретился нам после этого, предпринял попытку нас остановить, но увидев, что за рулем сидит существо в платке, махнул рукой. Реплики мужа и вот эта разочарованная снисходительность блюстителя дорожного порядка расстроили меня настолько, что я молча пересела на заднее сиденье и до конца поездки не сказала ни слова. «Надеюсь, ты так ужасно вела, потому что была голодная, – заявил мне супруг и искренне считал, что это почти извинение за все его нелицеприятные высказывания. – Талантливый человек талантлив во всем. Вот я, например, один день поездил по собственному двору, а потом сел за руль и поехал. А у тебя не тот случай. Нет, я уверен, что когда-нибудь ты будешь ездить хорошо, но я никогда не видел, чтобы человек так долго этому учился». Если бы можно было открывать курсы по убийству самооценки, Мага был бы сэнсэем…
После этого я почти на полтора года забыла о полученных правах и распрощалась с мыслью водить машину. А женщины моего города были настроены прямо противоположным образом. Может быть, они не самые эмансипированные в мире, но вскоре я стала замечать, что как минимум каждая четвертая пара рук, крутящая баранку – женская. «Вот еще одна поехала», – уныло констатировала я, когда мимо, нарушив парочку правил, уверенно проезжала очередная владелица автомобиля. Муж как будто пропускал слова мимо ушей. Но старшая дочь немного подросла, мы отдали ее на несколько кружков. А на них ее нужно было отвозить. И привозить, разумеется, тоже. И отец немного подустал. «Как ты думаешь, почему я не продаю старенький Фольксваген? – намекнул сонный супруг, когда ему пришлось в очередной раз проснуться в семь утра. – Я все еще не теряю надежду, что хотя бы развозить вас мне не придется».
Моя психика больше не вынесла бы уроков вождения от мужа. И я нашла женщину-инструктора. Ждать своей очереди мне пришлось так долго, что я, наверное, успела бы окончить еще одну автошколу. Но этот день настал.
Мы сели за руль и сразу же вырулили на один из центральных проспектов. И я поехала! Спокойно, без истерик, криков в салоне и даже сигналов извне. «Ты, конечно, еще слабо держишь полосу, но это дело наживное. А так нормально!», – слова наставницы Алины медом лились в мои уши.
А еще она призналась, что у нее нет ни одной ученицы, чья манера вождения не подвергалась бы жесткой критике со стороны второй половины. Видимо, управлением автомобилем мужчины уже на уровне инстинктов считают только своей прерогативой и любые попытки женщины научиться водить воспринимают как посягательство на свою территорию.
Через пять занятий я села и поехала за девочкой на гимнастику сама. После того, как сначала сдала экзамен мужу. «Или тебе очень везет, или ты реально хорошо все просчитываешь, когда перестраиваешься», – с этого сомнительного комплимента и начался мой водительский стаж.
***
Из своих наблюдений за автомобильной жизнью в Чечне я сделала вывод, что чеченские мужчины с женщинами за рулем предпочитают дела не иметь. Будь их воля, они бы даже построили отдельную трассу для женщин, чтобы не находиться рядом с ними на одной дороге.
За все это время мне ни разу не понадобились права. Как я положила их в кармашек козырька, так и лежат там – гаишники будто смотрят сквозь меня, когда я проезжаю рядом с ними. «Ты видела, он прямо отпрыгнул?», – смеялась подруга, когда мы завернули по стрелке на правый и на нашей полосе оказался инспектор. Настал, наверное, исторический момент, когда чеченских женщин стали бояться чеченские мужчины.
– А меня недавно остановил гаишник, – смеется Хава, севшая за руль в прошлом месяце. – Остановил и сходу спрашивает: «Ты новый водитель?». Я киваю. «Сразу видно, – говорит. – Будь смелее и наглее». Блюститель правопорядка призывал меня к уверенной езде за рулем!
Кавказские мужчины очень не любят, когда их подрезают. Это равносильно тому, что тебя намеренно задели плечом
Но не только женщины грешат на дорогах. Однажды я ехала по главной дороге и чуть не врезалась в машину, которая выезжала с второстепенной. «Почему не посигналила ему? – любопытствовал супруг. – Хотя не надо, мужчины не любят, когда им женщины сигналят». Причем все это произносилось таким тоном, будто баба за рулем – это низшее звено водительской эволюционной цепи. Эта интонация как раз и объяснила мне, почему нам многое прощается.
Та же подруга признавалась: «Каждый раз, когда кто-то чудит на дороге и муж видит, что на водительском сиденье девушка, он мне говорит: «Вот еще одна из твоей расы поехала»». И даже сейчас, комментируя мои теперь уже не такие грубые ошибки, Мага произносит: «На самом деле это не так страшно. Но если на той полосе будет такая же, как ты, аварии не избежать».
Кавказские мужчины очень не любят, когда их подрезают. Это равносильно тому, что тебя намеренно задели плечом. Поэтому, как только такое происходит на дороге, оскорбленный начинает давить на газ с целью догнать обидчика и хотя бы словесно воздать ему по заслугам. Но когда мужчины обгоняют подрезавшего их нарушителя и видят, что это нарушительница, можно через два стекла разглядеть, как в их голове складывается пазл и им становится понятно, почему эта груда металла так нелогично себя вела.
***
Милана Гучигова работает в Чечне гидом и развозит туристов на собственной машине. Стать водительницей она решила еще в глубоков детстве:
– Мне было 11 лет, когда на нашу улицу заехала женщина на черной правительственной «Волге». Ее образ и сейчас стоит передо мной. У нее были выбеленные светлые волосы, собранные в аккуратный пучок. И сама она была такая красивая – кровь с молоком: не худая, не полная, а вот прямо идеальной комплекции. И когда я ее увидела, я с диким восторгом залетела домой и крикнула: «Как только я вырасту, у меня будет машина!».
Их даже какая-то гордость их распирала оттого, что чеченка ездит так хорошо
Она впервые села за руль еще в 2004 году и водила не машину-автомат, а самый настоящий «Москвич».
– Не могу вспомнить ни один случай, чтобы кто-то тогда выразил недовольство, люди только удивлялись, – рассказывает Милана. – Их даже какая-то гордость их распирала оттого, что чеченка ездит так хорошо. Тогда у нас к женщинам относились гораздо снисходительнее. Во-первых, это были очень сложные послевоенные годы. Во-вторых, раньше люди были добрее и мягче друг к другу. Я помню, что даже в городе тогда женщин за рулем было очень мало, не то что в селах.
Иногда создается впечатление, что даже сами автомобили понимают, кто ими рулит, и становятся податливее.
– Мы с подругой были на прогулке, машина была припаркована на проспекте Эсамбаева, и мы решили поехать в другую часть города, – вспоминает Луиза. – Подходим к машине, но автоматический ключ не реагирует – она не открывается. Вставляю ключ в замок, кручу, но тоже не открывается. Кручу до упора – и, наконец, она открылась. Садимся в машину, и я замечаю на панели наклейку: «Выше гор могут быть только горы». Думаю про себя: «Когда же дети успели ее наклеить?». Начинаю осматриваться и вижу, что в центральной консоли валяются разные вещи: нож, жвачки, конфеты. Опять злюсь на детей за то, что раскидали вещи, и вспоминаю, что муж забыл свой нож. Перекладываю свою сумку на заднее сиденье и вдруг замечаю адаптер безопасности для детей. В голове возникает мысль: «Откуда он здесь взялся? Его тут не было».
Тогда я начинаю осматриваться внимательнее и замечаю, что чехлы в машине другие. В этот момент до меня доходит: это не моя машина! Обращаюсь к подруге: «Выходим из машины, это не моя». Она удивляется: «Как так? Ты же ее открыла!» Мы выходим, и напротив нас стоит парень – хозяин этой машины, который наблюдал за всем происходящим. Он спрашивает: «Мне интересно, как ты ее открыла?». Оказалось, что наши машины различались только серией и одной цифрой в номере. Но, как я ее смогла открыть, для нас всех осталось загадкой.
***
Гештальт с парковкой при поперечной машине я закрыла позже. Решили мы как-то съездить с мамой погулять в город. Свекровь сначала насторожилась: «Я не поеду», но в итоге любопытство в ней взяло верх, и она сама села вперед. Конечно, мы попали в самую пробку. Я не знаю, откуда у меня хватило смелости перестраиваться в плотном вечернем потоке машин, но обошлось.
Мы вернулись домой и застали во дворе только одно свободное место. Я попробовала один раз – слишком близко. Попробовала второй – тоже. И хотя я не первый год замужем, но очень нервничаю перед мамой чего-то не уметь. Она может налепить сто галушек обеими руками, пока я вяло буду ваять из кукурузного теста первую дюжину. «Мама, давай ты выйдешь», – вежливо сказала я.
Свекровь, конечно, вышла, потому что даже ее стала нагнетать гнетущая атмосфера в салоне. Машина сразу же ровнехонько стала на место. «Ты что, меня боялась, что ли?» – пошутила мама. Я промямлила, что мне нужен был ее глаз, чтобы оценивать обстановку снаружи.
Ая Центроева
DAPTAR 