Женская одежда в очередной раз стала объектом хейта, но на этот раз причиной возмущения были не шорты или короткие платья. Внезапно «вне закона» оказался хиджаб.
За последнее время стали известны сразу несколько случаев, где девушки в мусульманской одежде сталкивались с абсолютной нетерпимостью.
Первый имело место в Подмосковье. По словам адвоката Руслана Нагиева, собаки покусали на детской площадке ребенка. Его мать, уроженка одной из северокавказских республик, попыталась за него вступиться, но ее стали оскорблять по национальному и религиозному признаку, повалили на землю и стали пинать. В результате девушка получила тяжелую травму, ей нужна операция. Сейчас по этому случаю проводится доследственная проверка.
Второй случай произошел уже в самой Москве. Одному из пассажиров метро не понравилось, что рядом сидит девушка в никабе. Он стал требовать, чтобы она открыла лицо, и, по ее словам, полез к ней руками. В результате люди в вагоне разделились на два лагеря: кто-то стал на защиту девушки, а кто-то поддержал ее обидчика.
Не прошло и дня, как до девушки в хиджабе «докопались» еще на одной московской улице. Жительница комплекса «Оранж парк» оскорбляла случайную прохожую-мусульманку, буквально преследуя ее по дороге от метро и до самого дома.
Все эти эпизоды получили огласку лишь потому, что были засняты на видео. А когда о них рассказала блогерка и правозащитница из Дагестана Марьям Алиева, то ей стали писать о подобных случаях десятки девушек, которые столкнулись с нетерпимостью в Москве и других городах.
Сейчас Марьям вместе с адвокатом Азой Алиевой пытаются восстановить справедливость в отношении пострадавших, однако не все из них готовы обращаться в полицию. А по тем заявлениям, что поданы, правоохранительные органы ведут доследственную проверку, которая, возможно, ничем не закончится.
В это же время «доброжелатели» угрожают отрезать головы Марьям и Азе, посылая им в телеграме и в инстаграме простыни сообщений с оскорблениями.
Писать заявление в полицию бесполезно, считает Марьям: «Сколько я писала заявления по поводу угроз, ни разу никакой реакции не было. На тех, кто в телеге, еще есть какой-то шанс [написать заявления], а на тех, кто в инсте, вообще нет, — рассказывает Марьям».
Девушку, которая была в метро в никабе, зовут Елизавета Барановска, она стала ходить в мусульманской одежде после принятия ислама. И ее тоже сейчас преследуют. В сеть слили все ее личные данные, включая адрес и телефон, и сейчас даже следственные органы беспокоятся о ее жизни и здоровье. Тем временем те, кто пытался снять с нее никаб в метро, до сих пор на свободе.
После того, как во всяких группах нацистских обнаружили, что мы тоже можем защищаться, у них началась паника, они в гневе, они в ярости
Их личности установлены, их привезли, допросили и отпустили, рассказывает адвокат Аза Алиева: «Но вероятность, что возбудят уголовное дело, минимальна. Скорее всего, там будет административка. Но мы еще параллельно будем подавать иск о возмещении морального вреда. Когда рублем наказываешь человека, ему неповадно в будущем так себя вести. Поэтому мы будем использовать максимально все инструменты, которые нужны для защиты».
Марьям отмечает, что очень бы хотела, чтобы виновника инцидента призвали хоть к какой-то ответственности: «Это охладит некоторых людей и даст понять, что мусульманки тоже могут защищать свои права, и пора бы себя чуть-чуть адекватнее вести, хотя бы под страхом уголовной ответственности. После первого случая, который мы опубликовали, люди поняли, что их могут защищать, и они теперь не просто проходят мимо, молчат, плачут, а начинают снимать, например, на телефон, чтобы были доказательства, и потом обращаются в правоохранительные органы. На одном случае увидели, что это работает, и это будет работать».
Собеседница уверена, что подобные случаи, несмотря ни на что, надо предавать огласке: «После того, как во всяких группах нацистских обнаружили, что мы тоже можем защищаться, у них началась паника, они в гневе, они в ярости: как мы вообще посмели на русской земле отстаивать свои права? Значит, все работает. Они боятся, что у них отнимут право так с нами поступать».
По словам адвоката Азы Алиевой, она не одобряет никаб, считая его чересчур непривычной одеждой, но, добавляет она, ничего не может быть причиной для оскорблений и преследований: «Какое право ты имеешь подходить к ней под нос и диктовать какие-то условия?! Даже если тебе не нравится ее одежда, даже если у нее тазик на голове! Мы в общественном транспорте видим разных людей: кто-то плохо пахнет, кто-то еще что-то. Но мы же не говорим: слушай, от тебя воняет! Где-то нужно сдерживать эмоции. Мне тоже много чего не нравится, но я не высказываю свое мнение, потому что, прежде всего, оно может задеть человека, оскорбить его».
Она рассказывает, что последнее время все больше встречается с нетерпимостью к мусульманам, однако не понимает, с чем это связано: «Мне 45 лет, и я прожила основную часть жизни не в своей республике, я чеченка. Там, где я училась, работала, живет в основном русскоязычное население, и я никогда такого нацизма не видела. Я знала, что есть какие-то случаи, что человек, возможно, с головой не дружит, что у него какая-то неприязнь. Но то, что я сейчас вижу, просто повергает меня в ужас. Что делает мусульманка? Кому она мешает? Она одевается скромно, она соблюдает каноны ислама, она следует своей религии. Кому она мешает? Христианин – человек, мусульманин – человек, буддист – человек. Как можно ненавидеть людей настолько?».
Случай с Елизавтой попал в федеральные СМИ. Об этом писали и телеграм-каналы с миллионами подписчиков, об этом снял репортаж и канал НТВ. В своем сюжете корреспондент Илья Ушенин говорит, что мужчина в вагоне «всего лишь попросил пассажирку в никабе открыть лицо», а Азу Алиеву представляет адвокатом, «которая часто защищает разного рода экстремистов». Репортаж заканчивается выводом, что ситуация в метро — это «провокация радикальных исламистов»…
Однако не только покрытые девушки подвергаются травле. Раз за разом происходят случаи, когда девушек на улице оскорбляют и даже бьют за «чересчур открытую одежду», к которой может относиться все что угодно. И если раньше подобное встречалось лишь в кавказских республиках, теперь шорты могут «кому-то не понравиться» и в, казалось бы, вполне себе толерантной Московской области.
«Я просила русскую девушку написать заявление на парня, который хотел ее ударить (речь идет о случае, который произошел несколько месяцев назад в Дагестане, когда к туристке «прицепился» местный житель. – Даптар). Мне вообще все равно: мусульманин ты, христианин – если ты виноват, то понеси наказание. Не надо нарушать закон. Законы для всех равны. Приехала девушка в шортах, чем она тебе мешает в этих шортах? Если ты мусульманин, не смотри на эту девушку, тебе вообще смотреть на женщину нельзя. Опусти свои глаза и проходи мимо», – возмущается Аза Алиева.
Cовсем недавно был случай с шортами и в Подмосковье, когда гражданин Таджикистана стал делать замечания девушке, которая вышла на пробежку, и в конце концов ударил ее. В полиции Шахзод Джурабоев пояснил, что хотел избавить ее от греха. В его отношении возбудили дело об экстремизме.
Марьям Алиева отмечает, что истории с неприятием женской одежды случаются в разных городах: «Например, в Каспийске, в медицинском колледже не разрешают носить длинную юбку. Не юбку в пол, а по щиколотку. Она должна быть чуть-чуть ниже колен. Я говорю: задолбали вы все цепляться к женщинам, отстаньте от нас! До одной популярной визажистки в Дагестане докопались, потому что она в лосинах. В лосинах! Оказывается, у нас уже и в лосинах нельзя ходить. И нельзя об этом говорить, потому что сразу начинается: зачем вы сравниваете хиджаб и лосины? Просто каждый человек считает, что его убеждения правильные, тянет одеяло на себя и считает, что все должны уважать то, что он сказал. Дагестанцы требуют, чтобы в Дагестане ходили так, как они хотят, некоторые москвичи требуют, чтобы одевались так, как они хотят».
До этого в хиджабах не пускали на занятия и в других медицинских образовательных учреждениях. Такие истории были в Тюмени, и в Астраханском медицинском университете, где учится большое количество мусульман.
При этом в других учебных заведениях есть другая крайность: в некоторые дагестанские школы не пускают девочек с непокрытой головой. И если в Дагестане такие случаи единичны, то в соседней Чечне это распространено повсеместно.
Призывы убивать всех мусульман, как правило, не считаются причиной для возбуждения уголовного дела
По словам Марьям, объекты травли из-за «неподобающей» одежды – в абсолютном большинстве случаев женщины, однако все-таки иногда «достается» и мужчинам, однако эти случаи единичны. Кроме того, замечания в их адрес – например, из-за бороды – не так агрессивны.
Марьям не привыкать к угрозам в свой адрес: она неоднократно защищала право девушек одеваться, как им нравится – вне зависимости от того, хиджаб это или мини-юбка. В 2020 году она подверглась травле после того, как выступила в защиту туристов, которые носят в Дагестане шорты. Но она не считает правильным замалчивать подобное, ведь иначе ситуация никогда не изменится.
Сейчас Марьям Алиева представила репортаж НТВ про «провокацию радикальных исламистов» на лингвистическую экспертизу и подает заявление в полицию по поводу угроз в ее адрес. Не оставила угрозы без внимания и адвокат Аза Алиева. Однако надежд на восстановление справедливости у них практически нет. Призывы убивать всех мусульман, как правило, не считаются причиной для возбуждения уголовного дела, в то время как экстремистами и террористами в стране еженедельно признают десятки людей за гораздо более безобидные комментарии в соцсетях.
А Марьям между тем сначала прислали фотографию дома, в котором живет ее семья с подписью «жди гостей», а через некоторое время и похоронный венок.
«Так плохо, что люди не знают культуру других народов, живущих с ними в одной стране, – комментирует Марьям. – Я мусульманка, у нас венки не возлагают. Надо было присылать саван».
Елизавета Чухарова
DAPTAR 