“Мне хотелось бы, чтобы наши женщины больше поддерживали друг друга”, – говорит Меседу из Дагестана. Ей 25 лет, она врач и свобод у нее, казалось бы, намного больше, чем у большинства ее сверстниц. Но, оказывается, того, что тебе позволили отучиться в школе и окончить институт, все равно недостаточно, если в любой момент по решению родных тебя могут всего этого лишить.
– Я всегда понимала, что моя семья отличается от других семей, которые меня окружают. Сами члены семьи подчеркивали это отличие – свою образованность, свой интеллект. Особенно это касалось мужчин со стороны папы. При этом никто из них не работал, семью содержали жены.
Я росла, окруженная книгами, их было много в семейной библиотеке. Никто не контролировал, что я читаю, хотя папа все время подчеркивал, что это большая уступка с его стороны. Он отмечал, что я читаю книги, которые не положено читать женщинам, но было видно, что он ленится вникать в это. Хотя в основном это была обычная приключенческая литература для подростков – “Граф монте Кристо”, “Три мушкетера”.
В какой-то степени я чувствовала, что мне позволяли больше, чем моим двоюродным сестрам. Но это касалось только одежды. Мне разрешали носить брюки и джинсы, правда с длинной туникой или еще чем-то, чтобы была прикрыта попа. Моим сестрам брюки запрещалось носить с 7-го класса.
Помню, брат увидел меня в джинсах и в футболке, я была дома, но он устроил скандал, сделал выговор мне и маме, кричал на нас. Когда братья или отец считали, что я одета вызывающе, отчитывали в первую очередь мать. От этого я чувствовала двойной груз вины за себя и за то, что и маме тоже достается.
А еще каждый раз, когда папа хотел меня приструнить или показать перед людьми, что он тут главный, он говорил мне: “Иди, надень платок”, хотя я платок не носила. Обычно это происходило на людях.
Чаще всего перед родней моей мамы. Он не очень их любил и думаю, комплексовал, что он не работает и не очень успешен, поэтому отыгрывался на мне и маме. Показывал, кто тут главный в доме.
Папа никогда не объяснял причин такого контроля. Не говорил, что беспокоится обо мне. Просто запрещал и все
В школьные годы моя жизнь состояла только из школы, отец провожал меня туда и обратно домой. Мне не разрешали ходить в гости к одноклассницам, на дни рождения сестер. Даже сходить в гости к бабушке со стороны мамы не всегда разрешалось, папу приходилось долго упрашивать. А если он разрешал, то потом звонил много раз, выяснял, когда я вернусь.
Помню, я выиграла северокавказскую олимпиаду, но меня не отпустили на награждение, потому что папа в тот день был занят, не мог меня отвести. Мне звонили из школы, спрашивали, почему я не пришла, а мне почему-то было стыдно ответить, что мне не разрешили. Полдня я просто плакала.
Папа никогда не объяснял причин такого контроля. Не говорил, что беспокоится обо мне. Просто запрещал и все. При этом мои родные братья всегда были свободны. Они занимались спортом, путешествовали и никто не следил за их перемещениями. Я завидовала и сожалела, что не родилась мальчиком.
Когда у меня появился телефон, я создала мужской профиль и стала общаться с девушками. Для меня это был еще один островок свободы. С девушками, потому что я твердо помнила – с мальчиками общаться нельзя. С девочками тоже не стоит, но за это накажут не так сильно. А еще мне хотелось создать образ хорошего мужчины, любящего, умного и доброго – мне и самой такого не хватало в жизни.
Я сильно ждала окончания школы, надеялась, что мне разрешат поступить в университет в другом городе. Перед моими глазами был опыт старших сестер, у которых все становилось свободнее, как только они поступали учиться в другой город. Но в моем случае так не вышло. Мне сказали, что нет, я буду учиться в родном городе. Тогда я выбрала специальность, которой не было в нашем городе. Плюс это была довольно престижная специальность, поэтому папа не смог мне отказать.
Во время учебы в другом городе я чувствовала себя сильно свободнее. Папа часто приезжал и звонил в любое время, чтобы узнать, где я, но я чувствовала облегчение уже от того, что он не ходит за мной по пятам.
Также во время учебы в университете я впервые одна поехала в Москву. Очень хотела попасть на выставку моего любимого художника, собирала деньги, хотя и понимала, что папа ни за что меня не отпустит. Я уговорила маму прикрыть меня и отправилась в поездку. Я чувствовала себя очень счастливой. Помню, как качалась на качелях на Новом Арбате, слушала музыку в наушниках и сердце выпрыгивало из груди от счастья. Я впервые почувствовала себя по-настоящему свободной.
Университет закончился, и мне нужно было думать, где учиться дальше, потому что я хотела развиваться в своей профессии, а в городе, где я училась, такой возможности не было. Я решила поступить в Москву. Но тут вмешались братья, и сказали, что никуда меня не отпустят, что я вернусь в родной город и буду сидеть дома. В конце концов после долгих споров решили, что со мной в Москву поедет папа.
Он не отходил от меня ни на шаг, а мне было очень сложно с этим жить, я часто звонила маме в слезах, а она просила меня потерпеть. На протяжении двух лет мой день выглядел так: я выходила утром, он шел со мной, мы доезжали до места учебы на трамвае, это занимало около десяти минут. Он всегда оставался, следил, чтобы я зашла внутрь. Мне было очень неловко, потому что мои коллеги часто видели эту картину, и я боялась, что они будут задавать вопросы.
Пока я была на учебе, он несколько раз писал мне одно слово – локация, после чего я должна была немедленно скинуть свою геопозицию. Если я задерживалась, он начинал звонить по видеосвязи. Вечером он приезжал за мной, и мы ехали домой.
Однажды я попыталась перехитрить его. Подруга хотела устроить мне сюрприз в день моего рождения, пригласила на встречу с любимым режиссером. Я сказала папе, что задерживаюсь на учебе, а сама пошла на встречу. В середине встречи мне позвонил брат, понял, что я не дома и стал орать, что только шлюхи шляются где-то в девять часов вечера, обзывал меня разными неприятными словами. После этого инцидента он не разговаривал со мной полтора года, а контроль со стороны папы стал только жестче.
Во всей этой истории мне особенно жалко маму. Она содержала семью, так как папа не работал, следила за хозяйством, потому что она женщина и не знала, как помочь мне. Она понимала, под каким давлением я нахожусь, но советовала просто терпеть. Потому что терпела она и терпели все ее знакомые. А я вот терпеть не стала, она до сих пор не может мне этого простить.
Каждый человек, независимо от своего пола, заслуживает равные возможности и права на жизнь, образование, карьеру и самовыражение
Вообще в моей семье странное отношение к мужчинам. Сколько я себя помню, никто из них не работал. У папы был свой бизнес, он много работал, когда я была маленькая, а потом потерял его и стал сидеть дома. А вот его братья никогда не работали, сколько я себя помню, их содержали жены. Но при этом все подчеркивали их умственные способности, считали их чуть ли не гениями. И мне кажется, что в первую очередь эти мысли исходили от женщин в семье.
Хотя женщинам приходилось сложно. Дядя орал на мою тетю, которая содержала его и четырех детей за каждую мелочь. Например, за то, что ему подали черный хлеб, а не белый.
Другой дядя бил свою жену и детей.
Папа бил маму, когда я была маленькая.
Но мужчин все равно боготворили.
Я росла, наблюдая за всем этим и понимала, как это несправедливо. Все ключевые поступки в моей жизни были нацелены на то, чтобы избавиться от контроля.
В конце концов я вышла замуж за случайного человека. Он гей и я знала об этом, но мне было важно сепарироваться от моей семьи.
Я считаю, что чем больше дагестанских женщин будет знать о феминизме, тем меньше будет происходить историй, подобных моей. Сейчас я вижу, что многие женщины в Дагестане начинают уважать себя. Я наблюдаю, как мои сестры начали обсуждать феминистские тексты, и мне приятно это видеть. Однако я также хотела бы, чтобы женщины больше поддерживали друг друга, а не осуждали и обсуждали. Мы должны быть друг для друга опорой и поддержкой.
Если говорить о феминизме и том, как я его понимаю, то я верю, что каждый человек, независимо от своего пола, заслуживает равные возможности и права на жизнь, образование, карьеру и самовыражение. И феминизм для меня означает равноправие мужчин и женщин. А еще феминизм способствует созданию безопасной и поддерживающей среды для всех женщин.
Записала Асият Нурланова
DAPTAR 